Лаборатория компьютерной филологии БашГУ: Һаумы, донъя!

Факторы, обусловившие формирование специфических черт фольклорной традиции Запорожья

Одна из задач современной фольклористики — изучение региональной специфики развития и современного функционирования устной народной традиции. К этой проблеме наука обращалась неоднократно, однако специфика становления и развития фольклорной традиции различных регионов пока изучена мало. Крайне редко обращается внимание на причины существенных отличий в состоянии фольклорной традиции разных украинских территорий.

Фольклор Нижнего Поднепровья активно собирался и издавался в последней трети 19 — начале 20 века, однако позже, в силу различных причин, устная народная традиция исторического Запорожья оказалась вне поля зрения учёных. Отсутствие изданий и публикаций в советское время, переизданий ранее собранных материалов записей, исследований фольклора Нижнего Поднепровья дали возможность в начале 21 века корифею современной украинской фольклористики Роману Кирчеву определить эту территорию как «белое пятно на фольклористической карте Украины» [10, с. 29].

В последние годы ситуация стала меняться: переиздаются труды и фольклорные записи И.Манжуры [9], Я.Новицкого [19], Д.Яворницкого [26], появляются сборники записей последних лет [7; 12; 13; 20; 23 и др.], исследования по истории фольклористики в названом регионе и динамике функционирования устной эпической традиции в нём [4; 6; 7; 8; 11; 21; 22 ]. Однако по сей день открыт вопрос о причинах формирования своеобразного фольклорного репертуара на территории бывших Вольностей Запорожских.

Длительное руководство фольклорной практикой студентов-филологов (русистов и украинистов) Запорожского национального университета и знакомство с фольклорными материалами (изданными и архивными), собранными в регионе на протяжении двух столетий, позволяют говорить, что историческое Запорожье — уникальный социокультурный регион с неповторимыми условиями становления и развития фольклорной традиции. При этом речь идёт не только о восточнославянском фольклоре, широко представленном в регионе, но и об устном народном творчестве других народов.

Ярко выраженная региональная специфика фольклора Нижнего Поднепровья (исторического Запорожья) обусловлена рядом факторов.

1. Долгое время это была территория мужской воинской общины, фольклорная традиция которой соответствовала запросам и потребностям казачества. Сам образ жизни запорожцев привёл к максимальному редуцированию календарной аграрной обрядовости и сопровождающей её поэзии. Сохранившиеся календарные обряды (как, например, новогодние и крещенские) обладали архаичной неаграрной прагматикой. Родильная и свадебная обрядовость, как и материнский фольклор, на Запорожье отсутствовали, как в силу объективных причин отсутствовала вся женская составляющая устной народной словесности. Для мужской общины важно было формировать героический воинственный дух, поддерживать и передавать этические ценности и коллективный опыт, распространять и укреплять свою славу, поэтому в её репертуаре преобладали песни-хроники, трансформировавшиеся со временем в украинские исторически песни и думы, устные рассказы, исторические предания и легенды. После разгрома Запорожья в 1709 г. на его территории появились русские гарнизоны, а в них исполнялись другие произведения, в первую очередь, — солдатские песни.

2. После уничтожения Вольностей Запорожских (1775 г.) начинается аграрная колонизация края. Сюда переселяют крепостных крестьян из разных губерний России и Украины, русских старообрядцев и немцев-менонитов. На протяжении 19 века выделяются земли для переселения болгар. Фольклорная традиция представителей разных этносов функционировала по-разному.

Немецкий фольклор бытовал лишь в границах определённых населённых пунктов и в силу резко выраженного языкового барьера не выходил за пределы общины. После переселения немцев в 20 веке остались памятники материальной культуры, отдельные элементы бытовой традиции (например, в селе Жовтневе Токмакского района готовят многие блюда, рецептура которых не известна соседям и в других регионах Украины). Однако кроме отдельных быличек и поверий, связанных с «нечистыми» местами и передаваемыми на русском или украинском языке с имплицитным повествователем «старым немцем», «немцем хозяином» или «немкой», словесная культура менонитов в регионе не сохранилась.

В результате переселения украинцев и русских возникают сёла с «привезенным» фольклорным репертуаром, формируются локусы с традиционными произведениями центральной и восточной Украины, южной и центральной России. Часто происходила консервация традиции, о чём свидетельствовали записи и публикации фольклора региона И.Манжуры [15], Я.Новицкого [14; 16; 17; 18], Д.Яворницкого [14; 25], современные публикации [7; 13; 20] и результаты фольклорных практик студентов ЗНУ. Формируются явно выраженные специфические особенности фольклора различных населённых пунктов (например, в сёлах Терпение, Спасовка, Троицкое Мелитопольского района сохраняются духовные стихи, легенды и народные молитвы, характерные для старообрядцев, в соседних русских и украинских сёлах эти произведения никто не знает).

Консервация традиции характерна и для болгарского устного народного творчества, что зафиксировано в записях и публикациях фольклористов 19 — начала 21 вв. [2; 3; 5]. В июне 2013 г. состоялась поездка большой делегации приазовских болгар в места, откуда велось переселение - г. Сливен и его окрестности. Выступления фольклорных коллективов показало, что украинские болгары сохранили репертуар начала 19 века, а в посещённых сёлах произошли изменения фольклорной традиции и на уровне жанровой системы, и на уровне отдельных текстов. Кроме того, в болгарских сёлах украинского Приазовья сохранились некоторые обрядовые и необрядовые лирические песни, забытые в окрестностях Сливена: их с удовольствием слушали, но подпеть не смогли даже старейшие жители.

Если в одном населённом пункте оказывались выходцы из разных земель, начинались ассимиляционные процессы, зачастую сохранялись произведения большинства, как, например, в г. Пологи, создававшемся украинцами и русскими, закрепилась украинская (полтавская) традиция, а русская практически исчезла.

3. Переселенцы должны были приобрести навыки жизни и труда в новых природных и климатических условиях, поэтому обращались к опыту запорожцев, перенимая вместе с местными навыками охоты, рыбной ловли, строительства, разведения скота и т.д. элементы духовной культуры, в том числе обрядовой и фольклорной. В результате в украинских, а часто и русских, сёлах региона сохранялись исторические песни, легенды и предания Запорожья и о Запорожье. Постепенно развивались мифологизация истории региона и его героев, социогонические (о происхождении казачества, в частности, запорожского) и социально-утопические (о Запорожье как «золотом веке», о запорожских атаманах как избавителях и т.д.) мотивы, не фиксируемые на других украинских землях. Характерной особенностью устной прозы региона стало и широкое распространение легенд и преданий о запорожских кладах.

Фольклорная память о Запорожье почти повсеместно вытеснила «собственную» историческую память переселенцев, что было отмечено ещё А.Афанасьевым-Чужбинским [1, с. 254] и подтверждается современными записями, поэтому практически не сохранились исторические песни, легенды и предания, характерные для мест, откуда велось переселение.

4. Изменение условий жизни и труда привело к тому, что многие календарные обрядовые комплексы утратили свою актуальность. Этим обусловлена бедность календарного обрядового песенного репертуара подавляющего большинства русских и украинских сёл региона. Лучше сохранился календарный обрядовый фольклор приазовских болгар, поскольку климатические и природные условия жизни на родной земле и в местах нового расселения были похожими.

«Привезенные» приметы, связанные с природой и зависящей от неё деятельностью, не всегда оправдывались, да и формы труда несколько изменились, поэтому часть примет, особенно мотивированных традиционными для региона промыслами и наблюдениями за погодой, была позаимствована от запорожцев. В результате приспособления к изменившимся условиям создавались новые приметы. Эти факторы определили их разнообразие и локальность распространения.

Бытование семейной обрядовой поэзии зависело от мест переселения и возраста переселенцев. Если село создавали представители разных поколений, как, предположим, Тимошевку Михайловского района или Каменку-Днепровку, то долгое время бытовали сложные свадебные и похоронные обрядовые комплексы. Даже в 80-е годы прошлого столетия здесь записывалось большое количество свадебных песен, правда, исключительно от представительниц старшего поколения. Если село создавалось отставными солдатами или молодыми переселенцами, ощущался дефицит фольклорного обрядового знания и семейно-бытовой обрядовый фольклор «заимствовался» у ближайших соседей, часто из украинских сёл.

5. Значительное влияние на развитие региональной фольклорной традиции оказала резкая смена населения: однородная в гендерном отношении среда сменилась полноценными семьями, воинов сменили земледельцы, свободных казаков — солдаты и крепостные. Безусловно, это привело не только к мифологизации прошлого и резкой смене жанровой системы, в которой на первое место выходит лирическая песня. Значительная часть новых социально-бытовых песен (бурлацких, рекрутских, солдатских, чумацких) создаются на основе старых казацких, однако резко меняется тональность и настроение, поскольку речь идёт о невозможности собственного выбора. Совершенно новое явление регионального фольклора — песни крепостной неволи, тексты которых записывались только в первые годы собирательской деятельности Я.Новицкого [14, с.86, 88 и др.], уже в 80-е годы 19 ст. их фиксация практически прекращается.

На протяжении 19 века из регионального репертуара практически уходит популярная среди запорожцев дума. Долгое время транслируются исторические песни Запорожья, а произведения о новых событиях создаются редко.

6. В 20 веке значительное влияние на состояние фольклорной традиции региона оказывает индустриализация края, поскольку на строительство Днепрогэс и Запорожского промышленного комплекса, как и на строительство новых городов (Днепрорудного, Энергодара, Степного и т.д.), съезжалась молодёжь со всего Советского Союза. Как и все молодые люди, они не владели традицией своей местности в полном объёме, поэтому в самом Запорожье и других промышленных городах региона редко встретишь знатока традиционного фольклора. Долгое время распространялись частушки, городские романсы и советская массовая песня. Языком межнационального общения был русский, поэтому значительная часть произведений создавалась и транслировалась на нём. Среди традиционных жанров популярность сохранили лирические песни. Как правило, это украинские народны песни, реже — русские.

7. Сегодня на территории бывших Вольностей Запорожских под влиянием общих для всей Украины (и не только) процессов происходит нивелирование региональных особенностей устного народного творчества. Основными факторами трансформации традиции является распад традиционной семьи, урбанизация, расширение информационного поля и в связи с этим утрата фольклором информативной и мнемонической функций, изменение характера трансляции фольклорных текстов, их бытование в письменной и виртуальной форме, что также приводит к изменению прагматики всей системы устного народного творчества, отдельных жанров и текстов.

Негативное влияние на состояние региональной традиции оказывает и навязывание отдельных фольклорных произведений средствами массовой информации и клубными песенниками. В результате на территории исторического Запорожья в последнее десятилетие фиксируются колядки с мотивом рождения Христа и исторические песни о героях других регионов (Довбуше и Кармелюке). Среди молодёжи функционируют «хрестоматийные» варианты фольклорных произведений, вошедшие в учебники по литературе, и анекдоты, почерпнутые из Интернета, следовательно, лишённые региональных черт.

Таким образом, региональные особенности фольклора Запорожья обусловлены рядом внефольклорных факторов, в первую очередь, спецификой региональной истории, характером (гендерным, социальным, национальным) населения, форм его деятельности и мировосприятия. Оригинальные черты фольклора бывших Вольностей Запорожских постепенно нивелируются под влиянием различных социокультурных факторов. И этот процесс характерен не только для Нижнего Поднепровья.

Литература

1. Афанасьев-Чужбинский А. Поездка в Южную Россию. — [Изд. 2]. — Санкт-Петербург, 1863. — Ч. 1 : Очерки Днепра. — 467 с.

2. Болгарські народні пісні / [упор., вст. ст. М. Кауфмана; пер. з болг. Д. Білоус]. — К. : Музична Україна, 1989. — 159 с.

3. Варбански А. Песни на бердянитските българи / А. Варбански. — Ногайск, 1910. — 758 с.

4. Гончаренко О.М. Дослідження народної прози Нижньої Наддніпрянщини. Історичний аспект. Автореферат дисертації на здобуття наукового ступеня кандидата філологічних наук. — К.,1997. — 22 с.

5. Державин Н. С. Болгарские колонии в России (Таврическая, Херсонская и Бессарабская губернии) // Державин Н.С. Материалы по славянской этнологии : В 2-х томах. — Т. 1. — София, 1914. — 256 с.; Т. 2. — Петроград, 1915. — 108 с.

6. Долгов М.О. Традиції та видозміни в кобзарстві Придніпров‘я ХХ ст. Автореферат дисертації на здобуття наукового ступеня кандидата філологічних наук. — К., 1998. — 16 с.

7. Духовні скарби нашого краю: фольклор Бердянського району Запорізької області / [уклад. І.Я. Павленко, Н.Г. Полякова; редагув., прим. та вступ. ст. Павленко І.Я. ] — Запоріжжя: ЗНУ, 2005. — 71 с.

8. Іванникова Л. Фольклористична діяльність Григорія Залюбовського // Народна творчість та етнографія. — 1998. — № 5-6. — С. 125 — 129. Іванникова Л. Яків Новицький і вивчення фольклору Катеринославщини // Народна творчість та етнографія. — 1994. — № 5 — 6. — С. 35 — 41; Іваннікова Л. Пісні про зруйнування Січі в записах Якова Новицького // Народна творчість та етнографія. — 1993. — № 3. — С. 53 — 58.

9. Казки, прислів’я і т.п., записані в Катеринославській і Харківських губерніях І.І.Манжурою. — ДнІпропетровськ: Січ, 2003. — 228 с.

10. Кирчів Роман. Із фольклорних регіонів України. Нариси й статті: [наукове видання] / Роман Кирчів. — Львів: Національна академія наук України, Інститут народознавства НАН України, 2002. — 351 с.

11. Козацька спадщина: Альманах Нікопольського регіонального відділення Науково-дослідного інституту козацтва Інституту історії України НАН України. — Вип. 1, 2.— Нікополь — Запоріжжя: РА „Тандем-У”, 2005.

12. Козацькі пісні / Фольклорні зап. та упоряд. Н.Г. Полякової. — К.: Музична Україна, 1991. — 151 с.

13. Кушніренко І.К., Жилінський В.І. Фольклор Гуляйпільщини: Запорізька область / За ред. проф. В.О. Горпинича. — Дніпропетровськ: Пороги, 2002. — 171 с.

14. Малорусские песни, преимущественно исторические, собранные Я.П.Новицким в Екатеринославской губернии в 1874 — 1894 гг. // Сборник Харьковского историко-филологического общества. — Т. 6 : Труды педагогического отдела. — Выпуск 2. — Харьков, 1894. — 112 с.

15. Народні пісні в записах Івана Манжури / [упоряд., вступ. ст. і прим. Л.С.Каширіної; худож. В.І.Лопата]. — К.: Муз. Україна, 1974. — 351 с.: іл. — (Українські народні пісні в записах письменників).

16. Новицкий Я. Запорожские и гайдамацкие клады. Малорусские народные предания, поверия и рассказы, собранные в Екатеринославе. 1873-1906 г. — Без м.в. та р.в. — 78 с.

17. Новицкий Я.П. Малорусские исторические песни, собранные в Екатеринославщине. 1874 — 1903 г. — Екатеринослав, 1908. — 197 с.

18. Новицкий Я.П. Народная память о Запорожье. Предания и рассказы, собранные в Екатеринославщине. 1875 — 1905 г. — Рига : “Спридитас”, 1990. — 119 с. — [Репринтное воспроизведение издания 1911 года].

19. Новицький Яків. Твори у 5 томах. — Т.1 / Упор. А.Бойко. — Запоріжжя; ПП “АА Тандем”, 2007. — 508, 16с. іл.; Т. 2. / Упор. Л.Іваннікова. — Запоріжжя: ПП “АА Тандем”, 2007. — 510с., 16с. іл. та ін.

20. Ой у полі дві тополі : українські народні пісні Запорізького краю / [упор. і ред. Н. Полякова]. — Запоріжжя : Культурний центр “Хортиця”, 2000. — Випуск 1. — 103 с.

21. Павленко І.Я. Історичні пісні Запорожжя: регіональні особливості та шляхи розвитку: монографія / Ірина Павленко. — Запоріжжя: “Тандем — У”, 2003. — 202 с. 228.

22. Павленко І.Я. Легенди та перекази Нижньої Наддніпрянщини : буття у просторі та часі. — Запоріжжя : ЗНУ, 2006. — 243 с.

23. Рай-поле : фольклор і сучасна народна творчість Придніпров’я : [зб. матеріалів / упор. К.П.Фролова, М.М.Марфобудінова] . — Дніпропетровськ : ВАТ “Дніпрокнига”, 2001. — 272 с.

24. Эварницкий Д.И. (Д.И. Яворницкий) Запорожье в остатках старины и преданиях народа / [упорядк., текстолог. інтерпретація, передмова М.М. Олійник-Шубравської]. — Ч. 1, 2. — К. : Веселка, 1995. — 447 с.; іл.

25. Эварницкий Д.И. Малорусские народные песни, собранные в 1878-1905 гг. — Екатеринослав, 1906. — XI + 772 + III с.

26. Яворницький Дмитро. Твори у 20 томах: наукове видання. — Том 1 / Редкол. Павло Сохань, Анатолій Бойко та ін. — Київ-Запоріжжя: “Тандем-У”, 2004. — 516 с.; Т.2. / Редкол. Павло Сохань, Анатолій Бойко та ін. Київ-Запоріжжя: “Тандем-У” — 382 с.; Т.8 / Редкол. Павло Сохань, Анатолій Бойко та ін. — Київ-Запоріжжя: “Тандем-У”, 2007. — 490 с. (Серія “Історія, краєзнавство, археологія”) та ін.

И. Я. Павленко